Бойцовый кот Мурз (kenigtiger) wrote,
Бойцовый кот Мурз
kenigtiger

Category:

Завершение текста для дискуссии в ФБ у "Натана"

Начало здесь.

А ещё, пока мы ждём, когда же людям объяснят, почему полторы сотни рабочих вынуждены были исчезнуть со срочных работ по ремонту крыш в Горловке, я расскажу вам две истории, одну про некомпетентность, а другую - про компетентность.



Первая начинается с того, что в 1907 году Джозеф Брюс Исмей, руководивший параходной компанией "Уайт Стар Лайн", приказал, чтобы утереть нос конкурентам из "Кунарда" построить суперроскошные, но при этом достаточно скоростные лайнеры. Для чего на "Титанике", как потом назвали один из трех "систершипов", освобождая место роскошным салонам, пришлось сократить количество шлюпок с 48 до минимума в 16 штук. И, когда он пошёл на нём в первый рейс, корабль, несмотря на неоднократные "ледовые предупреждения" с других судов, корабль не снизил скорость до положенных значений - очень хотелось уделать кунардовские "Лузитанию" с "Мавританией" и получить "Голубую ленту Атлантики"...

В результате этого грубейшего нарушения правил эксплуатации, корабль не просто столкнулся с айсбергом, а получил серию пробоин при попытке на большой скорости отвернуть от айсберга. Фактически, айсберг как консервным ножом вскрыл корпус корабля на участке сразу 5 носовых отсеков. Борьба за живучесть, а в ситуации с пятью затопленными отсеками шансов и так было мало, и эвакуация людей организованы были плохо. Первые шлюпки, места в которых было примерно на половину пассажиров, отходили полупустыми. Итог известен - та ночь с 14 на 15 апреля 1912 года в Атлантике забрала 1495 до 1635 человек. Но Джозеф Брюс Исмей, чья некомпетентность и амбиции похоронили в ледяной воде Атлантики полторы тысячи человек, вполне себе спасся, вовремя заскочив в шлюпку.

А вторая история, про компетентность, началась 21 марта 1910 года, когда немцы приняли решение о строительстве линейного крейсера "Зейдлиц". В Ютландском бою, генеральном сражении британского и немецкого флотов в Первую Мировую войну, "Зейдлиц" получил 22, по другим данным - 24, попадания снарядами крупных калибров и одно попадание торпедой.

В 16:55 31 мая 1916 года первый 343-мм снаряд с британской "Куин Мери" пробил бортовую броню впереди фок-мач­ты и разорвался в отсеке XIII на 25-мм верхней па­лубе, в которой образовалась пробоина 3х3 м. На посту энергетики правого борта вышел из действия носовой распределительный пульт, были сильно повреждены легкие конструкции, и в результате этого возникло постоянное поступление потока воды по главной палубе около барбета носовой башни, которая стекала оттуда в погреб и в пост управле­ния кораблем.

В 16:57 второй 343-мм снаряд с то же "Куин Мери" с дистанции 13 200 - 13 600 м (71 -74 кабельтовых) по­пал в бортовую броню толщиной 230 мм напротив барбета левой бортовой башни и разорвался в проделанной им пробоине. Обломки брони и осколки снаряда пробили стенку барбета, имевшую в этом месте толщину 30 мм, проникли в перегрузочное помещение башни и зажгли в рабочем отделении два главных полузаряда и два дополнительных за­рядных картуза. Заряды состояли из двух частей: главный полузаряд в тяжелой медной гильзе и до­полнительный, который помещался в двойном шел­ковом картузе в латунном пенале, из которого вы­нимался непосредственно перед заряжанием.

Механизм наведения орудия, поворота баш­ни и подъёмники вывело из строя. Большинство башенного расчета погибло в потоке пламени и га­зов, но погреб башни был вовремя затоплен. Баш­ня вышла из действия на всё время боя, но такого сильного взрыва, как 24 января 1915 г., не произош­ло. Переделки, произведенные на германских ко­раблях после боя у Доггер-банки, предотвратили катастрофу.

Третий 343-мм снаряд с "Куин Мери" разор­вался под водой рядом с бортом в средней части, вызвав расхождение швов наружной обшивки кор­пуса по длине 11 м.

Первое поступление воды внутрь корпуса произошло через подводные gробоины левого борта в средней части корпуса, полученные им от разрыва в воде английских снарядов, падавших с недолетами. Эти повреждения находились у глав­ного броневого пояса, в результате чего передние наружные угольные бункера и дополнительные бункера XIII отсека, а также креновые цистерны залило водой. Помимо этого, в XIII отсеке во из­бежание взрыва от возникшего там пожара во вре­мя артиллерийского боя пришлось затопить во­дой снарядный и зарядный погреба левой борто­вой башни.

В 17:17 четвертый 343-мм снаряд с "Куин Мери" с дистанции 16 400 м (88 каб.) уда­рил в бортовую бро­ню толщиной 200 мм и затем в стык между 200-и 230-мм плита­ми порога порта 150-мм орудия позади переборки. Снаряд вызвал большие по­вреждения. Осколки снаряда пробили многие переборки корабля. 150-мм ору­дие № 6 (левого бор­та) вышло из строя.

"Вентиляция очень слабая. Температура в помещении держалась около 40°С все время боя. Водопровод пресной воды перебит. Имеющаяся в лазарете пресная вода отдана раненым, которых мучает жажда. Врачи мыли свои руки в загрязненной воде, но вытирали их стерилизованными материалами, которых, к сча­стью, было запасено достаточно. Угольная пыль садится на все. Лужи крови видны повсюду. То и дело пожарный рукав протаскивают через перевя­зочный пункт и пачкают все".

Между 17:17 и 17:26 пятый снаряд (381-мм) с 5-й эскадры линейных кораблей насквозь пробил наветренную палубу и разорвался, изрешетив ее осколками, нанес разрушения полуба­ку и нижним палубам.

17:26 От нарушения водонепроницаемости перебо­рок, явившегося результатом попаданий артилле­рийских снарядов, вода проникла в погреб кормо­вой линейно-возвышенной башни, где и держалась на уровне 1 м от палубы (однако она угрожающего значения для корабля не имела).

17:37 Торпеда с британского эсминца, выпущенная с дистанции 5 000 м (27 кабельтовых), попала в носовую часть пра­вого борта "Зейдлица" в районе 123 шпангоута под броневой пояс.

Вес заряда английской торпеды 232 кг. Тор­педа попала в правый борт на уровне переднего края барбета носовой башни. В результате в наружной обшивке корпуса образовалась пробоина размером 12х3,9 м площадью 15,2 кв.м и разошлись швы на протяжении 28 м. Однако противоторпедная пере­борка, имевшая в этом месте толщину 50 мм, выдер­жала, хотя и имела значительную течь в местах со­единения её с броневой палубой.

При взрыве кусок наружной обшивки весом 70 кг вместе с некоторыми частями шпангоутов и стингеров был с силой отброшен внутрь корпуса и пробил несколько переборок общей толщиной 40 мм. Столб воды от взрыва торпеды ударил по стволу правого 150-мм казематного орудия № 1 и заклинил его так прочно, что оно вышло из строя до конца боя.

В районе взрыва торпеды находилась носовая электростанция с двумя турбодинамомашинами и несколькими трансформаторами, которые вслед­ствие полученных повреждений перестали действо­вать, и питание электроэнергией пришлось перене­сти на кормовую электростанцию, причем управля­ющий ими унтер-офицер оперативно произвел пе­реключение станций.

От сильного сотрясения, которое ощущалось по всему кораблю и передалось резким толчком на броне, у правой турбины подскочил предохрани­тельный клапан и остался в таком положении. Кро­ме того, от толчка лопнул и сам корпус турбины. Отделение быстро заполнилось паром, и личный состав, чтобы не обвариться, вынужден был отыс­кивать повреждения для их исправления ползком и полулежа. Несмотря на чрезвычайно тяжелые усло­вия, ремонт машины был закончен через 15 минут.

Из поврежденного отсека вода постепенно проникала через места внутренних повреждений в соседние. Так, например, она распространилась сна­чала в углы между бортовой броней и бронирован­ной палубой, а затем через различные отверстия залила отсеки между продольной противоторпед­ной переборкой и бронированной палубой.

В носовой части затопило водой XIV отсек правого борта ниже бронированной палубы и по­мещение под бортовым торпедным аппаратом. В ре­зультате всего этого корабль принял до 2 000 т воды. Линейный крейсер получил незначительный крен на правый борт и дифферент на нос, который увеличил его осадку на 1,8 м, приподняв при этом корму на 0,5 м. Общая осадка корабля увеличилась на 0,63 м.

Вследствие значительных повреждений, про­изведенных взрывом торпеды, вода продолжала поступать через разрушенные вентиляционные тру­бы и различные отверстия в противоторпедной пе­реборке, появившиеся в результате расшатавшихся связей от сотрясений при взрывах. Вода проникала через поперечные переборки, через сальники электрических проводов и переговорные трубы.

Некоторое время "Зейдлиц" ещё мог поддер­живать полную скорость хода, но вскоре весь от­сек длиной 19,5 м между прочной передней пере­боркой и переборкой переднего котельного отде­ления заполнился водой до броневой палубы. По­степенно она заливала носовую часть корабля, и дифферент на нос продолжал увеличиваться. Ско­рость хода с 20 узлов пришлось уменьшить до 15, а затем и до 12, так как вода доходила до верхней палубы полубака.

Положение сделалось ещё более опасным, когда вода стала проникать из батарейной палубы через носовой поперечный траверз, разделявший XIII и XIV отсеки, кроме того, XIII отсек затапли­вался с бронированной палубы через повреждения, полученные с правого и левого бортов. Это случи­лось потому, что казематная броня, находившаяся между главным броневым траверзом и косым тра­верзом бронирования (карапасом) оказалась слаба и давления воды не выдержала.

Основание носовой башни было тоже затоп­лено водой, поступавшей через трещины разошед­шихся швов расшатанных в бою переборок. Снаряд­ные и зарядные погреба и шахта экстренного выхо­да носового бортового торпедного аппарата затоп­лялись водой через сальники, вентиляционные и переговорные трубы.

"Каждый перерыв боя был использован для очистки лазарета и смены пропи­танных кровью повязок. Невозможно сделать ка­кую-нибудь крупную операцию — нет времени. Было слишком сложно использовать обезболиваю­щие средства. Антисептика — миф, поэтому зара­жение ран будет наверняка. Качка и крен, от кото­рых раненые падают даже с операционного стола, делают невозможным точно работать хирургичес­кими инструментами, а сотрясения от взрывов по­минутно гасят электрические лампочки, так что приходится прибегать к свечам. К полуночи основ­ная электропроводка не работает..."

Между 17:40 и 18:08 шестой снаряд (381 -мм) с линкоров 5-й эскадры англичан, с "Бархэма" или "Вэлиэнта", пробил наветренную палубу в 20 м от форштевня и разорвался в 2 м от правого борта над палубой полубака, образовав одну пробоину размером 3х4 м в бортовой обшивке между навет­ренной и верхней палубой и вторую 1,8 х 1,8 м в палубе полубака. Осколками пробило верхнюю па­лубу. Огромная верхняя пробоина в обшивке бор­та явилась основной причиной всех последующих бед "Зейдлица", связанных с затоплением носовой части корабля.

Седьмой снаряд (381-мм) пробил наветрен­ную палубу в левом борту в 6 м позади орудия № 6 и тут же разорвался, образовав одну пробоину 1,8х1,8 м в наветренной палубе и вторую, 6х7 м, в палубе полубака.

В 18:08 восьмой снаряд (381-мм) с дистан­ции около 17 300 м (93 кабельтовых) разорвался в образо­ванной им лунке брони лицевой части толщиной 250 мм правой бортовой башни. Сила взрыва в ос­новном ушла наружу, но мелкие куски брони и два больших осколка снаряда попали внутрь башни и повредили привод элеватора правого орудия, кото­рое вышло из действия до конца боя, но всё же мог­ло перемещаться вместе с действующим левым ору­дием. Башня временно вышла из строя.

Между 18:10 и 18:20 девя­тый снаряд (381 -мм) разорвался под водой в райо­не полубака.

Десятый бронебойный снаряд (381 -мм) пробил верхний край 120-мм бортовой брони и разорвался рядом с барабаном шпиля, образовав пробоины раз­мером 4,9х7 м в верхней и главной палубах.

Одиннадцатый снаряд (381 -мм) попал в бара­бан левой лебедки и разорвался, образовав пробо­ины в наветренной палубе и палубе полубака.

В 18:57 начался пожар на нижней палубе. После 19:03 началось поступление воды в отсеки XIV, XV и XVI через межпалубное про­странство. Большое количество воды, вливавшееся на большой скорости корабля и добавленное по­вреждениями от снарядов, постепенно накопилось во всех носовых помещениях над броневой палубой.

Так как полубак продолжал всё глубже по­гружаться, вода из-за повреждений в этой части ко­рабля стала просачиваться через прочную перебор­ку и постепенно накапливалась в передних помеще­ниях ниже бронированной палубы из-за неплотно­стей в местах прохождения кабелей, переговорных труб, вентиляционных магистралей и люков.

Двенадцатый снаряд (305-мм), вероятно, с ли­нейного крейсера "Индомитейбл", попал в броне­вой 300-мм пояс в кормовой части корабля. "Зейдлиц" так тяжело вздрогнул, что соединительная муфта верхнего рулевого привода расцепилась, и крейсером временно пришлось управлять из поме­щения привода управления.

"Когда вспомогательный перевязочный пункт был переполнен, раненых ста­ли оставлять в главном перевязочном пункте, где осталось только незначительное пространство для прохода вокруг операционного стола. Один снаряд попал в помещение, где были сложены трупы погиб­ших и умерших от ран, другой 381 -мм снаряд заст­рял в броне недалеко от перевязочного пункта".

Тринадцатый снаряд (305-мм) с линейного корабля "Геркулес" пробил верхнюю платформу на уровне ватерлинии и разорвался около корабля.

В 20:16 четырнадцатый снаряд (305-мм) с линейного корабля "Геркулес" разорвался на уклад­ке противоторпедной сети посредине корабля. Вер­хний броневой пояс не был поврежден, но выстрел-балки противоторпедной сети были разрушены на большой площади, и ниже броневого пояса вздулась обшивка корпуса, образовав щель длиной 12 м, че­рез которую поступала вода.

В 20:18 пятнадцатый снаряд (305-мм) рико­шетом пробил обшивку корабля и палубу полуба­ка напротив мостика и разорвался у его входа.

В 20:27 шестнадцатый бронебойный снаряд (305-мм) с "Сент Винсента" разорвался в 210-мм броне задней стенки кормовой линейно-возвышен­ной башни. Сила взрыва в основном ушла наружу, но два основных и два дополнительных заряда, на­ходящиеся в гильзах и пеналах и лежащие на лот­ках, загорелись, в результате чего башня выгорела и вышла из действия до конца боя. Было нанесено много других повреждений. Осколки отскочили внутрь башни и пробили верхнюю палубу толщи­ной 25 мм, перебили кабель главного электропровода поворота башни.

В 20:40 семнадцатый снаряд (381 -мм) с ли­нейного корабля "Роял Оук" попал рядом с правым орудием кормовой башни. От его разрыва орудие сначала сильно сдвинулось, но потом встало на место. Механизм наведения орудия был выведен из строя. Осколками снаряда в батарее было выведе­но из строя 150-мм орудие № 5.

В 21:24 восемнадцатый снаряд (343-мм) с линейного крейсера "Принсес Роял" взорвался на 150-мм плите каземата 150-мм орудия № 4. Орудие было выведено из строя, и загорелся один подготов­ленный к стрельбе заряд. Осколки брони и снаряда перебили кабели управления 150-мм орудий лево­го борта и повредили передатчик радиостанции.

Девятнадцатый снаряд (343-мм) с "Принцесс Роял" взорвался около передней боевой рубки над мостиком, причем все находившиеся на нем были убиты, а в боевой рубке несколько офицеров ране­ны. Карты, по которым велась прокладка, были так сильно испорчены и залиты кровью, что стали бес­полезны, так как на них ничего нельзя было разоб­рать. В довершение ко всему из строя вышли оба ги­рокомпаса.

В 21:30 двадцатый снаряд (305-мм) с линей­ного крейсера "Нью-Зиленд" попал в крышу кормо­вой линейно-возвышенной башни толщиной 60 мм, отрикошетил и взорвался в одном метре от башни.

С 21:30 до 22:00 двадцать первый снаряд (305-мм) с линейного крейсера "Нью-Зиленд" с дистанции 8 600 м (47 каб.) попал в броню толщиной 300 мм около края броне­вой плиты. Броневая плита была пробита, но не смещена. Наружный бункер затопило до уровня 10 м.

Двадцать второй снаряд (305-мм) с "Нью-Зи­ленд" попал в верхний броневой пояс толщиной 300 мм как раз над стыком с главным броневым по­ясом и разорвался в пробоине броневой плиты. Пробитая плита была немного смещена.

"После сравнительно долго­го перерыва вечером бой возобновился с новой си­лой. Приток раненых все возрастает. Внезапно страшный взрыв приводит всех в смятение. Все на­девают противогазы и бегут в отделение N 5. Но в полумраке передо мной появляется кто-то и протя­гивает правую руку, у которой нет кисти. Я быст­ро накладываю повязку на кровоточащую культю и укрепляю бандаж вокруг нижней части руки, а затем, хотя и нет пожара, но газы от взрыва могли еще остаться, я возвращаюсь к своей работе у опе­рационного стола. Новый взрыв производит сотря­сение, которое выбивает световой люк, летящий мне на голову. Я падаю на колени, на мгновенье теряю возможность ориентироваться, но быстро прихожу в сознание и поднимаюсь. У меня нет серьезных ран, и я продолжаю свою работу" - вспоминает корабельный врач.

Потери экипажа "Зейдлица" в Ютландском бою — 98 убитых и 55 раненых, 11,7% от численности экипажа.

К вечеру 31 мая "Зейдлиц" по расчетам принял внутрь корпуса 2 636 т воды, что увеличи­ло осадку носом на 2,5 м и подняло корму на 1 м, со­здав крен 2,5° на правый борт. Для корабля это было не самой серьезной опасностью. Основную опасность представляла большая пробоина в носо­вой части правого борта от попадания шестого снаряда, расположенная по­чти над самой ватерлинией. Нос продолжал погру­жаться в воду, и ход пришлось снизить до 7 узлов. Желая уменьшить дифферент на нос, пытались пе­репустить воду в 3-е котельное отделение, чтобы оттуда откачать её отливными средствами. Но это­го сделать не удалось, так как повышенное давле­ние воздуха выбрасывало её обратно.

В 3:40 1 июня своим глубоко погружен­ным форштевнем (осадка которого достигла 13 м) корабль ненадолго приткнулся к мели у Хорнс-риф. Через два часа "Зейдлиц" сел на банку глуби­ной 13,5 м. Для уменьшения дифферента на нос были затоплены средние и кормовые креповые ци­стерны левого борта, благодаря чему выровнялся крен на правый борт и уменьшился дифферент. Теперь корабль имел возможность продолжать свой путь, медленно двигаясь в базу. На малых глубинах "Зейдлицу" приходилось протягиваться на повы­шенном числе оборотов турбин.

Но теперь "Зейдлиц" уже не имел возможно­сти поддерживать скорость более 15 узлов, затем ему пришлось уменьшить её сначала до 10, потом и до 7 узлов. Немецкие легкие крейсера прошли Хорнс-риф в 4:00 м. 1 июня, а в 5:40 "Зейдлиц" снова присоединился к флоту, с которым потерял контакт ночью.

Корабль в течение ночи продолжал идти вслед за флотом, но на следующие сутки в 8:00 1 июня от давления воды стала сдавать переборка на 114-м шпангоуте, угрожая людям, работавшим в помеще­нии уже по пояс в воде. Дальнейшее пребывание личного состава в отсеке становилось невозможным ещё и от испарения паровых труб, затопленных во­дой, почему последовало приказание вывести лю­дей в более безопасное место, а "пост управления" перенести в другое место.

В это время на корабле было замечено па­дение остойчивости, которое выражалась в том, что при перекладывании руля даже на малом ходу корабль быстро кренился и медленно выпрямлял­ся. Положение ещё более ухудшилось от проник­новения воды через поврежденные угольные ямы левого борта в соседние и от поступления её че­рез пробоины каземата левого борта. Скорость упала ниже семи узлов. Поскольку оба гироскопи­ческих компаса вышли из строя, а карты были испорчены, командир корабля по радио попросил ко­мандующего 2-й разведывательной группой выде­лить крейсер для навигационного обеспечения при проходе мели Амрум.

В 9:45 подошёл легкий крейсер "Пиллау" и попытался развернуть линейный крейсер кормой вперед, чтобы при буксировке можно было умень­шить давление воды на носовую поперечную пере­борку, но у него неоднократно лопались буксиры. Следуя на буксире за "Пиллау", "Зейдлицу" в кон­це концов удалось двигаться кормой вперед со ско­ростью 3-5 узлов. Ввиду того, что водоотливные средства работали с большим напряжением, пользо­вание ими было ограничено, и к полудню 1 июня крен корабля дошел до 8° на левый борт.

Около 10:00 по траверзу Хорнума "Зейдлиц" ещё раз коснулся мели и лишь в 11 ч. 25 м. смог войти в проход у мели Арнум. Попытки буксирова­ния линейного крейсера "Зейдлиц" слабосильными тральщиками, высланными ему на помощь командо­ванием утром 1 июня, оказались безрезультатными. В 15:30 положение "Зейдлица" было критичес­кое, поскольку ветер усилился до 8 баллов, и он держался на воде только благодаря воздушным мешкам, образо­вавшимся в проти­воторпедной пере­борке. Раненые были подготовле­ны к эвакуации с корабля.

Подошли два спасателя "Бореас" и "Крафт", ко­торые всё время шли рядом и непре­рывно откачивали из крейсера воду. Мощный порто­вый буксир начал буксировку по­врежденного ко­рабля. Работа от­ливных помп этих спасателей оказа­лась неэффектив­ной из-за чрезмер­но большого диа­метра приемных шлангов у центробежных помп, ко­торые часто выхо­дили из строя.

Самым тяже­лым положение стало в 17:00 1 июня, когда расчетное количество воды, попав­шее внутрь корабля, составляло 5 329 т, что при­дало ему осадку 14 м носом и 7,4 м кормой при крене 8° на левый борт. Для выравнивания крена на левый борт в 18 часов было решено затопить кормовые креповые цистерны правого борта, и тогда корабль получил крен на правый борт, до­шедший до 8°.

Утром 2 июня "Зейдлиц" достиг плавучего ма­яка, выставленного на время войны во внешней ча­сти залива Яде и отпустили в базу легкий крейсер "Пиллау" и миноносцы. Погруженный в воду по передние порты казематов, "Зейдлиц" в общей сложности принял 5 300 т воды, что составляло 21,2% от его водоизмещения, но, несмотря на это и потерю остойчивости, он, хотя и с большим трудом, смог вернуться в Вильгельмсхафен, встав в 4:25 3 июня на якорь в глубоком бассейне перед вход­ным фарватером внутри бонового заграждения. Здесь с корабля эвакуировали 55 раненых и снесли на берег тела 98 убитых.

За 57 часов своего возвращения в базу при столь тяжелых повреждениях корабль остался на плаву и не погиб благодаря высокому качеству по­стройки и упорной борьбе личного состава за жи­вучесть, а также энергичному руководству командира корабля капитана 1-го ранга фон Эгиди и непрерывной самоотверженной борьбе дивизио­на живучести под командованием корветтен-капитана Альвенслебена. Вследствие больших разме­ров пробоины (15,2 кв.м), явившейся основным источником поступления большого количества воды, заделать её на ходу было невозможно; точ­но так, как и нельзя было это сделать с пробоина­ми левого борта.

Напряженная бесперебойная работа водо­отливных средств в неповрежденных отсеках, в ко­торые вода попала из соседних помещений, дава­ла возможность понижать её уровень в XIII, XV и XVI отсеках или поддерживать XIV отсек в су­хом состоянии.

С 15 июня по 1 октября 1916 г. (107 дней) "Зейдлиц" находился в ремонте на Госу­дарственной верфи в Вильгельмсхафене и в ноябре снова был в полной боевой готовности, став флаг­манским кораблем вице-адмирала Хиппера (до 26 октября 1917 г). После восстановления боеспособности в свой первый боевой поход в район Датского полуост­рова "Зейдлиц" вышел 4/5 ноября 1916 г...

Практически обречённый корабль был спасён.
Вот та самая торпедная пробоина в борту.

Seydlitz-t

А вот схема затопления корабля. Красным - что было затоплено непосредственно из-за повреждений. Синее - то, что пришлось затопить, выравнивая корабль.

zejdlic-0

И пара фотографий того, как это выглядело.

Seydlitz-1

zeydlitz-2

Немного музыки, чтобы лучше думалось, пока заканчивается послезавтра, которое уже сегодня, вернее, уже почти вчера.


Tags: Новороссия, движуха
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments