Category: корабли

Category was added automatically. Read all entries about "корабли".

О грустном...

На днях умер харьковский Владимир Свержин (Фидельман, "Фидель", "Фид", ЖЖ-юзер fidebra), писатель-фантаст, автор многих хороших книжек. Более всего известна серия про Институт Экспериментальной Истории, но, помимо неё, были совершенно замечательные "Холодное клинковое оружие" и "Парусные корабли" для серии "Всё о...".

Впервые лично пообщаться довелось пару лет назад. Ещё несколько недель назад активно переписывались. Вернулся с передовой, написал ему письмо. Жду ответа, обычно скорого и делового, его нет... день, два... уже собираюсь вечером писать повторно и тут читаю в ФБ, что умер в реанимации.

Тяжело болел, но всё равно работал и боролся.
Уникальный дядька, конечно.

Многие спрашивают...

Многие товарищи из РФ, зная или только узнав, что я сейчас опять в Республиках, спрашивают, мол, как там настроение у народа. Вот и сейчас в очередной раз спросили.

О событиях общего характера, о настроениях народа в общем и целом, о том, что тут "вообще происходит", я ещё постараюсь отдельно написать. Что же касается именно местных военных и их настроя, то я уже приводил цитату, исчерпывающим образом характеризующую настроения тех военных, с которыми я тут общаюсь, которым передаю наши грузы. Однако, не вижу повода сейчас её не повторить.

— Уверен, — сказал генерал, берясь за кувшин, — что сумею добиться достойных условий.

Два последних слова заставили Алатристе и Горостьолу многозначительно переглянуться. В этом не было ни удивления, ни презрения, а лишь всезнание, дающееся долгим опытом. Они понимали, что под достойными условиями генерал имеет в виду не слишком крупную сумму выкупа, в ожидании которой его будут вполне сносно содержать в Константинополе. Может, пришлют из Испании денег и еще за какого-нибудь офицера. А все прочие — моряки и солдаты — останутся в цепях и на веслах до конца дней, пока Пиментель в Неаполе или при дворе, окруженный восхищением дам и уважением кавалеров, будет рассказывать подробности этой гомерической битвы. Если уж сдаваться, так вчера надо было сдаваться, до начала этой бойни, подумал Алатристе, мертвые были бы живы, а раненые и искалеченные не корчились бы сейчас на палубе, не выли бы от мучений…

Мачин де Горостьола отвлек его от этих размышлений:

— Ваша милость, сеньор Алатристе, нам охота смертная послушать, что ты на это скажешь. Как-никак единственный офицер с «Мулатки»…

— Я не офицер.

— Неважно. Ну, старший по команде. Не один ли хрен?

Алатристе оглядел бумагу и рваное тряпье под своими драными, вымазанными засохшей кровью альпаргатами. Одно дело — иметь мнение, но держать его при себе, другое — если спрашивают, есть ли оно у тебя, и просят его высказать.

— Что скажу?.. — пробормотал он.

На самом деле он знал это с той минуты, как переступил порог каюты и увидел эти лица. И все, кроме генерала, тоже знали.

— Скажу: нет.

— Простите? — переспросил Пиментель.

Но капитан смотрел не на него, а на Мачина де Горостьолу. Решать это не дону Агустину, а солдатам.

— Экипаж галеры «Мулатка» сдаваться не согласен.

Наступило долгое молчание. Только слышно было, как за переборками стонут где-то наверху раненые.

— Недурно бы его, экипаж то есть, об этом спросить, — вымолвил наконец Пиментель.

Алатристе с большим хладнокровием покачал головой. Глаза, ставшие совсем ледяными, впились в лицо генерала.

— Вы, ваше превосходительство, сию минуту сделали это.

По обросшему бородой лицу Горостьолы скользнула потаенная усмешка, а Пиментель скривился от неудовольствия.

— Ну и?

Алатристе продолжал невозмутимо рассматривать его:

— Бывали дни, когда ходили мы убивать. Сегодня, должно быть, настал черед умирать.

Краем глаза он видел, что комит и капрал одобрительно кивают. Мачин де Горостьола повернулся к дону Агустину. Бискаец казался очень довольным и будто сбросил с плеч тяжкую кладь.

— Сами видите, ваш’дитство, мы все ‘динодушны.

Дон Агустин здоровой, но задрожавшей рукой поднес ко рту кувшин. Отхлебнул и, скривясь, словно отведал чистого уксуса, поставил его на стол, явно не зная, что делать — яриться или смириться. Ни один генерал, сколь благосклонны бы ни были к нему при дворе, не имеет права капитулировать без согласия своих офицеров. Это будет стоить ему, самое малое, репутации. А иногда и головы.

— Половина наших людей перебита… — сказал он.

— В таком случае, — отвечал Алатристе, — второй половине следует отомстить за них.

(с)

Завершение текста для дискуссии в ФБ у "Натана"

Начало здесь.

А ещё, пока мы ждём, когда же людям объяснят, почему полторы сотни рабочих вынуждены были исчезнуть со срочных работ по ремонту крыш в Горловке, я расскажу вам две истории, одну про некомпетентность, а другую - про компетентность.

Collapse )

Команда дана - команда выполнена

Сказал Мединский - "Надо видеть в мифе факт!", и пожалуйста.

При том, что "с мест" приходят корректные сообщения о том, что "состоялся торжественный митинг, посвящённой памятной дате — 75-летию со дня выхода в атаку подводной лодки К-21 Северного флота для торпедирования фашистского линейного корабля "Тирпиц", заголовок внезапно

В Североморске отметили 75-летие торпедирования советской подводной лодкой К-21 фашистского линкора «Тирпиц».

Самое страшное

вот в этом описании, ссылочку на которое мне скинули почтой, это то, что два года назад это была вполне типовая ситуация что для той, что для этой стороны. И до сих пор регулярно имеются рецидивы. Конечно, колонны, на полном ходу неожиданно для себя влетающие во вражеские располаги, это уже редкость, но общий уровень хаоса, начинающегося как только участнеги регаты снимаются с насиженных мест, он примерно такой.

На меня самое сильное впечатление, конечно, произвел эпизод про "а связи у нас с командованием с самого начала не было, но тут какой-то случайный чувак взял 159-ю, настроил и связь появилась".

Безымянные самолеты

vikond65, которого всем настоятельно рекомендую читать на военно-исторические и авиационные темы, рванул покровы в сфере моделизьма. Подробно описал историю того, как в СССР появились безымянные модели самолётов, про которые мы, так и склеивавшие их безымянными, сильно потом узнали, что они, оказывается "Джавелины", "Ягуары" и "Тандерболты". Отлично помню, что первое время, в середине 80-х, они действительно шли только с немногословными инструкциями по сборке, без описания того, что это за самолет. И только перед самым их исчезновением из продажи с развалом СССР в коробочках появились листочки с описаниями.

Точно помню такую бумажку в коробке с Westland PV-6, который был "Индекс 167". Однажды, на рубеже 80-х и 90-х, отцу показалось скучным и неинтересным просто собрать вместе со мной этот самолётик, и он придумал, как оснастить его резиномотором - впаял два проволочных крепления для резиновой петли в пропеллер и в хвост самолёта изнутри. Колёса сделали вращающимися, и в результате самолётик мог прокатиться какое-то расстояние по гладкой поверхности. Но, конечно, история с яхтой "Арлекин", которую запустили в кратовский пруд и спасали от падения с водопада на плотине, была круче. Удивительно, но отдельные экземпляры этой модельки яхты дожили до наших дней и продаются. Можно купить, собрать и, теоретически, даже поставить ДУ. Вообще серия моделек кораблей отцу понравилась, и в итоге мы собрали ещё "Пожарный катер" и "Спортивный катер". Пожарный ходил по пионерскому пруду, спортивный, после пробного спуска на воду в ванной и не менее пробного монтажа ДУ, "большой воды" так и не увидел.

А зимой обычно занимались ракетами. Увы, так и не увидел, как стартует ракетоплан. Раскрываемый парой пружин планер с крыльями из фольги складывался в корпус ракеты и на высоте 200-300 метров должен был вышибаться из неё пиропатроном после того, как отработает пороховой двигатель. И оттуда должен был красиво планировать.

А однажды летом отец притащил обычный планер, с размахом крыла метра полтора, и мы пошли запускать его на травяную полосу между Рублёвкой и дублёром. Сейчас это напротив дома 16, а тогда те дома только строились. Планер был сконструирован так, что крыло накладывалось на V-образную стойку с 4-мя выступами, за которые фиксировалось "венгеркой". Кажется, помимо удобства транспортировки со снятым крылом была ещё одна причина такого изыска - если планер неудачно приземлялся носом-резко-вниз-и-набок, крыло при ударе о землю не ломалось, крепление крыла резинкой позволяло выдержать удар. Нам в итоге удалось затянуть планер достаточно высоко, чтобы он красиво полетел. Воздушные потоки подхватили модельку и унесли её в сторону шестнадцатиэтажек за "дублёром". При падении на асфальт хитрость не спасла, крыло разломилось.

А бойцовскую кордовую модель мы так ни разу и не запустили. Долго лежала у меня в закромах, пока не поломали уже в 2000-е годы.

Мда... к чему я это всё пишу тут ночью... а к тому что сейчас я, в порядке очередной уборки квартиры, буду медленно и печально упаковывать весь свой моделизьм "в долгий ящик". Видимо, на несколько лет. Оставлю "на поверхности" инструмент естественно ну и пару мелких вещей, которые можно делать, если есть вдруг минутка-другая и хочется разгрузить мозг. А так... грусть, короче. Нет на это времени сейчас и долго ещё не будет.

Кстати, по той же ссылке у vikond65 в каментах есть прекрасная жизненная зарисовка из "лихих и весёлых" 90-х.

- Я кстати сегодня откопал одну книгу. ) Вениамин Султанов "История создания первых отечественных турбореактивных самолётов".
- Веня Султанов был святой человек, царствие ему небесное. В середине 90-х, когда у них в КБ по полгода зарплату не платили, он, как и многие другие, пошел торговать на рынок, простудился и умер.
:(
- Я в своё время до посинения эту книгу искал. Ни оцифрованной ни на бумаге нигде не было. А сегодня раз и на тебе. )
- Эта книжка вышла уже после его смерти.

Свежий спич от Стрелкова на Народ-ТВ



От себя добавлю кое-что.
"Долгая память хуже, чем сифилис, особенно в узком кругу" (с)

Прекрасно помню крики "НАЧАЛОСЬ! НАКОНЕЦ-ТО! ТРИДЦАТЬ СЕДЬМОЙ!!! УРА!", когда трогали за интимное Сердюкова и К. Прекрасно помню всеобщее разочарование, когда оказалось, что "генеральша Васильева" в итоге ни дня не просидела "на общем".

И так каждый раз. Каждый раз, когда крысы в очередной раз начинают драку за место в шлюпках, которые отчалят от корабля, примерно одним и тем же людям приходит в голову, что вот оно, спасение. Хотя как может повлиять крысиная свалка на судьбу судна - непонятно. Но почему-то многим кажется, что вон он, там, в этом дерущемся клубке крыс, наш капитан, который знает, что надо делать, и который вот сейчас одержит верх и всех спасёт.

Но Его Крысейшество есть Его Крысейшество и никто более. И свита его также. Воры, приспособленцы, временщики. Увы.

Я понимаю, хочется надеяться, что где-то есть "могучий государственный механизм". Но нет его. Нету. Есть огромное частное предприятие по извлечению частных доходов из управления страной, по "аренде метра государственной границы на прокорм". Как только кончится возможность пилить Россию на бабло, весь этот "могучий государственный механизм" рассыпется на отдельно взятых архетипических Парамош из "Бега", как, увы, рассыпалась на них могучая с виду Россия в 1917-м. Страну, столь грозную снаружи, прожрали изнутри. И продолжают жрать, надеясь на то, что "Трампа избрали, теперь - заживём". И интернет-общественность отчаянно надеется вместе с ними.

Вы что, и акционеров всех ТНК переизбрали? Крупных банковских объединений? Нет? Ну так и что меняется? Выпал Трамп? Прекрасно, они отыграют Трампа в свою пользу и против России. Воля наших современников, хоть в США, хоть где-то ещё, увы, не так сильна, как капитал, который сколочен на труде многих поколений и их и наших предков. А капитал хочет расти.

Money makes the world go round, но обратно его закрутил наш комбат, оттолкнувшись ногой от Урала.

И где нам взять тех комбатов 70 лет спустя, чтобы хватило сил крутануть "в обратку"?
Как же "Прапор" сказал-то... "Нам нужно всего 160 командиров дивизий". Или 180? Не помню.
Всегда радовал его оптимизм.

Если хотите рецептов, что делать, я уже неоднократно приводил пример. Выступала как-то больше 10 лет назад писательница Татьяна Толстая с рассказом о том, как во время крушения "Титаника" какой-то официант накидался дорогим алкоголем и благодаря этому типа как не замёрз в ледяной воде и остался жив. Мол, и нам бы так же, интеллигенции творческой, пережить грядущие события. Вот вам один рецепт.
Но есть и другой рецепт, про который я уже неоднократно писал. Вести себя не как пассажир "Титаника", а как экипаж "Зейдлица".

Цитату следовало бы расширить

— Уверен, — сказал генерал, берясь за кувшин, — что сумею добиться достойных условий.

Два последних слова заставили Алатристе и Горостьолу многозначительно переглянуться. В этом не было ни удивления, ни презрения, а лишь всезнание, дающееся долгим опытом. Они понимали, что под достойными условиями генерал имеет в виду не слишком крупную сумму выкупа, в ожидании которой его будут вполне сносно содержать в Константинополе. Может, пришлют из Испании денег и еще за какого-нибудь офицера. А все прочие — моряки и солдаты — останутся в цепях и на веслах до конца дней, пока Пиментель в Неаполе или при дворе, окруженный восхищением дам и уважением кавалеров, будет рассказывать подробности этой гомерической битвы. Если уж сдаваться, так вчера надо было сдаваться, до начала этой бойни, подумал Алатристе, мертвые были бы живы, а раненые и искалеченные не корчились бы сейчас на палубе, не выли бы от мучений…

Мачин де Горостьола отвлек его от этих размышлений:

— Ваша милость, сеньор Алатристе, нам охота смертная послушать, что ты на это скажешь. Как-никак единственный офицер с «Мулатки»…

— Я не офицер.

— Неважно. Ну, старший по команде. Не один ли хрен?

Алатристе оглядел бумагу и рваное тряпье под своими драными, вымазанными засохшей кровью альпаргатами. Одно дело — иметь мнение, но держать его при себе, другое — если спрашивают, есть ли оно у тебя, и просят его высказать.

— Что скажу?.. — пробормотал он.

На самом деле он знал это с той минуты, как переступил порог каюты и увидел эти лица. И все, кроме генерала, тоже знали.

— Скажу: нет.

— Простите? — переспросил Пиментель.

Но капитан смотрел не на него, а на Мачина де Горостьолу. Решать это не дону Агустину, а солдатам.

— Экипаж галеры «Мулатка» сдаваться не согласен.

Наступило долгое молчание. Только слышно было, как за переборками стонут где-то наверху раненые.

— Недурно бы его, экипаж то есть, об этом спросить, — вымолвил наконец Пиментель.

Алатристе с большим хладнокровием покачал головой. Глаза, ставшие совсем ледяными, впились в лицо генерала.

— Вы, ваше превосходительство, сию минуту сделали это.

По обросшему бородой лицу Горостьолы скользнула потаенная усмешка, а Пиментель скривился от неудовольствия.

— Ну и?

Алатристе продолжал невозмутимо рассматривать его:

— Бывали дни, когда ходили мы убивать. Сегодня, должно быть, настал черед умирать.

Краем глаза он видел, что комит и капрал одобрительно кивают. Мачин де Горостьола повернулся к дону Агустину. Бискаец казался очень довольным и будто сбросил с плеч тяжкую кладь.

— Сами видите, ваш’дитство, мы все ‘динодушны.

Дон Агустин здоровой, но задрожавшей рукой поднес ко рту кувшин. Отхлебнул и, скривясь, словно отведал чистого уксуса, поставил его на стол, явно не зная, что делать — яриться или смириться. Ни один генерал, сколь благосклонны бы ни были к нему при дворе, не имеет права капитулировать без согласия своих офицеров. Это будет стоить ему, самое малое, репутации. А иногда и головы.

— Половина наших людей перебита… — сказал он.

— В таком случае, — отвечал Алатристе, — второй половине следует отомстить за них.

(с)

"Выйдя на орбиту на похищенном судне..."

В состоянии "мозг уже не варит" или "мозг ещё не варит" можно оказаться дома. И тогда WoT, WoW или ОБЧР-онйлан. В первом случае мозг дожимается до полного ноля, и засыпаешь, во втором - мозг постепенно пробуждается. Надо быстрее - попинываешь его всякой бытовой химией типа кофе или колы.

Но если в одном из этих состояний оказываешься в транспорте, то будить мозг надо каким-то чтивом. Умное чтиво в таком состоянии читать бесполезно. Остается только развлекательное. И вот читаю я сейчас в метро очередную дописку Херберта-сына к папиному циклу. Как и всё предыдущее сыночкино, дописка напрочь лишена папиного философского шарма. Причем чем дальше от первой приквельной трилогии про "Дома", тем больше лишена. Авантюрный романчик/рассказик в декорациях эпической трагедии. И вот - погоня, в уже упомянутых обстоятельствах - "на орбите".

Читаю:

В космической тишине мимо его корабля пролетели выпущенные противником снаряды. Ван отреагировал молниеносным торможением; артиллерийские снаряды взорвались в некотором отдалении, но взрывная волна заставила судно завертеться на месте.

Мне одному кажется, что афтар пыжанул, и тут взаимоисключающие параграфы как-то совсем уж кучно легли?

Не, я уже понял, что современное кино смотреть надо одно из ста или реже и то только по большой рекомендации нескольких друзей.

И аналогично с российской современной литературой.

Но так-то зачем...

Крысы на тонущем корабле передрались

У некоторых особо наивных граждан радость, я смотрю. "Посадки начались! НАЧАЛОСЬ!" Ну и далее вариации на тему текста "Новой песни о Сталине" группы "Рабфак".

В реальности всё сильно иначе. Вошла в терминальную стадию битва двух главных "крыш" страны за скукожившееся поголовье баранов, годных к стрижке купонов. In the end there can be only one!

Тот случай, когда без всяких американских козней правоозранительная система страны оказывается надолго парализована.

СК против ФСБ.
Бэхи против гелендвагенов.
Маменькины сынки против папенькиных.

Battle rages on and on, но стоит ли матросам тонущего судна обращать столько внимания на драку корабельных крыс?

Корабельного кота на них нет, ЕВПОЧЯ.